Эталон советской сатиры
Картину считают одной из самых злых и точных комедий позднего СССР — при том что в ней нет ни одного прямого политического высказывания.


Картину считают одной из самых злых и точных комедий позднего СССР — при том что в ней нет ни одного прямого политического высказывания.
В одной декорации сошлись Гафт, Ахеджакова, Саввина, Бурков, Невинный, Мягков и Немоляева — такой состав в одном фильме редкость даже для того времени.
Реплики с собрания давно оторвались от фильма и используются как готовые формулы для любой ситуации, где решают за тебя.
«Четыре места лишних — и вся человеческая природа как на ладони»
Пайщики гаражного кооператива при научном институте собираются на обычное отчётное собрание в зоологическом музее, среди чучел и скелетов. Выясняется, что через территорию пройдёт дорога и четыре гаража придётся вычеркнуть — правление уже решило, кого именно, и предлагает проголосовать не глядя. Собрание должно было занять двадцать минут, но одна сотрудница неожиданно отказывается поднять руку, и дальше запертые в музее люди всю ночь выясняют, кто из них важнее, кто заслуженнее и у кого связи крепче. К утру вежливые коллеги успевают договориться, поссориться, разоблачить друг друга и увидеть себя со стороны.
Рязанов запирает два десятка человек в одной комнате и получает почти античную конструкцию: единство места, времени и действия, только вместо рока — распределение гаражей. Смешно здесь ровно до того момента, пока не понимаешь, что смеёшься над собой и над своим отделом. Актёрский состав феноменальный: Гафт, Ахеджакова, Саввина, Бурков, Невинный, а Мягков умудряется сыграть одну из главных ролей, почти не произнеся ни слова. Фильм целиком построен на разговорах, и любителям сюжетной динамики он покажется затянутым.
Собрание, которое никогда не заканчивается
Первый раз смотрел подростком и почти ничего не понял, кроме того, что взрослые смешно кричат. Пересмотрел лет через двадцать, уже отсидев свою долю рабочих совещаний, и обомлел: это же документальный фильм.
Гениальность конструкции в том, что здесь нет злодеев. Каждый в этом зале по-своему прав, у каждого есть железный аргумент, почему именно его гараж трогать нельзя. И ровно из этой суммы правд получается абсолютная подлость.
Отдельно хочется отметить чучела. Их присутствие в кадре сначала кажется странной шуткой, а к финалу превращается в довольно жёсткое режиссёрское высказывание о том, кто здесь на самом деле сидит.
Гафт и Ахеджакова — отдельный вид искусства
Сцена, где героиня Ахеджаковой наконец решается сказать всё вслух, для меня одна из лучших в советском кино. И ни одного лишнего слова.
Театр, снятый на плёнку
Не могу отделаться от ощущения, что смотрю спектакль, у которого случайно оказалась кинокамера. Все девяносто минут люди стоят и говорят, камера ходит между ними, никакого кинематографического языка тут по сути нет.
Материал сильный, актёры прекрасные, но как фильм это работает слабо. Мне было душно и однообразно, и к середине я уже плохо различала, кто из персонажей чего хочет.
Смешно ровно до того момента, пока не узнаёшь коллег
Комедия положений постепенно превращается в разбор того, как устроена любая контора: кто громче, кто с покровителем, кто просто молчит и надеется, что пронесёт. Рязанов не жалеет никого, включая тех, кому мы вроде бы должны сочувствовать. Смотрится легко, а обдумывается потом долго.
Ваша оценка
Нажмите на звезду — оценка сохранится сразу.