Три «Оскара» (1976)
Музыка Джона Уильямса, монтаж Верны Филдс и звук; ещё одна номинация — за лучший фильм.


Музыка Джона Уильямса, монтаж Верны Филдс и звук; ещё одна номинация — за лучший фильм.
Двухнотная тема стала самой узнаваемой мелодией в жанре.
Национальный реестр фильмов США (2001); модель широкого летнего проката работает до сих пор.
«Курортный сезон, который никто не собирался отменять»
Начало лета на острове Эмити, живущем целиком за счёт пляжного сезона. После ночного купания пропадает девушка, а то, что находят на берегу утром, не оставляет полицейскому Мартину Броуди сомнений: у побережья появилась большая белая акула. Мэр запрещает закрывать пляжи — иначе город останется без денег на весь год, — и следующая жертва оказывается делом времени. Когда счёт становится непереносимым, Броуди, молодой океанолог Хупер и старый промысловик Квинт выходят в море на небольшом катере. Очень скоро выясняется, что охотники и добыча поменялись местами.
Спилбергу было двадцать семь, механическая акула ломалась почти каждый день — и от безысходности он снял фильм, где чудовище почти не показывают, а страх строится на музыке, точке съёмки и ожидании. Приём оказался гениальным: две ноты Джона Уильямса до сих пор работают безотказно. Вторая половина превращается в камерную мужскую драму на тесном катере, где Роберт Шоу выдаёт лучший монолог в своей карьере. Именно с этого фильма кинематограф научился летним блокбастерам — и до сих пор не разучился.
После него я год не заходила в воду глубже колена
Смотрела подростком, и до сих пор при заплыве в море в голове играют эти две ноты. Гениально сделано: страшно не от акулы, а от того, что её не видно.
Вторая половина сильнее первой
Пока на берегу спорят мэр, полицейский и туристы, фильм похож на добротный триллер про то, как деньги перевешивают безопасность. Хорошо, узнаваемо, но не более.
А вот когда трое мужчин выходят в море на катере, начинается настоящее кино. Ночная сцена с выпивкой, шрамами и рассказом Квинта о крейсере — это уровень большой драмы, а не жанрового ужастика. Роберт Шоу там просто сидит и говорит несколько минут подряд, и оторваться невозможно.
Механическая акула в финале, конечно, выдаёт свой возраст. Но к этому моменту фильм уже сделал с тобой всё, что хотел.
Первый час тянется
Понимаю историческое значение, но по нынешним меркам ритм провисает: слишком много совещаний, разговоров про сезон и семейных сцен, прежде чем что-то произойдёт. Финал отличный, дорога к нему — на любителя.
Мэр — главный злодей
Акула тут просто делает то, что положено акуле. По-настоящему бесит человек в клетчатом пиджаке, который считает убытки, пока людей едят у берега. Полвека прошло, а сюжет про «нельзя портить сезон» звучит абсолютно современно.
Ваша оценка
Нажмите на звезду — оценка сохранится сразу.