Приз Канн за женскую роль
Кирстен Данст признана лучшей актрисой Каннского кинофестиваля 2011 года.


Кирстен Данст признана лучшей актрисой Каннского кинофестиваля 2011 года.
Картина взяла главную награду European Film Awards 2011, а также призы за операторскую работу и художественное решение.
Фильм устойчиво присутствует в критических списках лучших картин 2010-х годов и считается вершиной позднего Триера.
«Конец света как облегчение»
Первая половина фильма — свадьба Жюстины в загородном поместье сестры: лимузин не вписывается в поворот, гости ждут, распорядитель нервничает, а невеста медленно и необъяснимо разрушает собственный праздник, потому что не может изобразить счастье, которого не чувствует. Вторая половина происходит через некоторое время в том же доме: Жюстина, раздавленная депрессией, живёт у сестры Клэр, её мужа Джона и племянника. К Земле тем временем приближается планета, которую астрономы назвали Меланхолией, и все уверяют, что она пройдёт мимо. Клэр не верит и паникует, Джон считает это истерикой, а Жюстина неожиданно оказывается самой спокойной в доме.
Ларс фон Триер снял едва ли не самый красивый свой фильм и одновременно самый точный текст о депрессии, какой встречался в кино: катастрофа тут не метафора для украшения, а описание того, как мир выглядит изнутри болезни. Кирстен Данст играет роль, за которую получила приз в Канне, и это не преувеличение — она держит первые шестьдесят минут почти в одиночку. Пролог из замедленных до предела кадров под Вагнера стоит увидеть даже тем, кому не близок остальной фильм. Предупреждаю честно: это медленное, мрачное и намеренно неуютное кино, свадебная часть тянется долго, и зрителю, который ждёт фантастики про столкновение планет, здесь делать нечего.
Самое точное, что я видела про депрессию
Свадебная часть для меня почти невыносима — не потому что плохо сделана, а потому что слишком узнаваемо. Все вокруг требуют, чтобы человек радовался в правильный момент, и никто не понимает, что он физически не может, и от этого чувство вины растёт до размеров планеты.
Во второй половине происходит переворот, ради которого стоит вытерпеть первую. Сестра, которая всю жизнь была нормальной и функциональной, разваливается первой, а больная вдруг оказывается единственной, кто способен смотреть на конец прямо. Это не красивая метафора, это довольно жестокая правда о том, что человек, привыкший к темноте, не боится темноты.
Данст здесь делает то, что мало кому удаётся: играет не страдание, а отсутствие сил. Разница огромная, и она её чувствует.
Красиво до самолюбования
Пролог великолепен, спорить не буду, но дальше начинается два часа, где режиссёр явно наслаждается собственной глубиной. Свадьба тянется бесконечно, персонажи-гости сделаны нарочито противными, чтобы героиню было проще жалеть.
Вагнер поверх каждого второго кадра к середине уже вызывал раздражение — приём хороший, но повторённый двадцать раз он перестаёт работать. Финал сильный, тут признаю. Только добираться до него слишком долго, и по дороге мне много раз хотелось нажать паузу и не возвращаться.
Две сестры и одна планета
Больше всего понравилась работа Шарлотты Генсбур — её роль тише и сложнее, и без неё вторая часть не сложилась бы. Смотреть было тяжело, но ни минуты не жалею.
Не фантастика, имейте в виду
Друг посоветовал как кино про столкновение планет — я минут сорок ждал катастрофы и злился на свадебные разборки. Потом понял, что смотрю совсем другой фильм, и дальше пошло лучше.
В итоге впечатление смешанное. Визуально это, конечно, очень сильно, финальные кадры до сих пор стоят перед глазами. Но темп на любителя, и я бы не рискнул советовать «Меланхолию» кому попало: половина знакомых уснёт на первом часе, вторая половина будет вспоминать её годами.
Ваша оценка
Нажмите на звезду — оценка сохранится сразу.