Национальный реестр фильмов США (1989)
Картина вошла в самый первый список из двадцати пяти лент, отобранных для вечного хранения


Картина вошла в самый первый список из двадцати пяти лент, отобранных для вечного хранения
Одна из немногих немых картин, удержавшихся в этом списке
Разгромленная критиками при выходе, сегодня признана вершиной немой комедии
«У машиниста в жизни есть две любви, и обе у него угнали.»
Машинист Джонни Грей любит две вещи на свете: свой паровоз по имени «Генерал» и девушку Аннабель Ли. Когда начинается война, он первым бежит записываться в армию, но его не берут — на железной дороге он нужнее, а объяснить это невесте никто не удосуживается, и та решает, что он трус. Через год вражеские лазутчики угоняют «Генерала» прямо со станции, а вместе с паровозом случайно увозят и Аннабель. Джонни бросается в погоню — сначала пешком, потом на дрезине, потом на другом локомотиве — и в одиночку уносится на территорию противника. Обратный путь окажется ещё более безумным, чем дорога туда.
Это, пожалуй, самый красивый и самый дорогой трюковой фильм немой эпохи: настоящие паровозы, настоящие мосты, настоящая река — и никакой подрисовки. Китон строит комедию как точный механизм: каждая шутка вырастает из физики движения, а не из гримас. При этом фильм отлично работает и как приключение — погоня держит в напряжении, хотя ты заранее знаешь, что герой выкрутится. И редкий случай, когда столетнее кино смотрится динамичнее многих современных боевиков.
Показала детям — сидели не отрываясь
Боялась, что через пять минут попросят выключить «старьё без звука». В итоге восьмилетний сын досмотрел до конца и потом полдня бегал по квартире с воплями про паровоз.
Всё снято по-настоящему — в этом вся разница
Мы настолько привыкли к цифровым эффектам, что перестали чувствовать масштаб. А тут смотришь на падающий мост и понимаешь: вот прямо сейчас в реку уронили настоящий паровоз, дублей не будет.
И дело даже не в аттракционе. Китон выстраивает всю комедию из движения: герой не шутит словами, он существует в пространстве, где что-то постоянно едет, крутится и норовит его прибить. Каждая гэговая сцена — это маленькая инженерная задача с чётким решением.
Единственное, к чему можно придраться, — историческая сторона. Симпатии отданы стороне, за которую сегодня болеть неловко, и в фильме это никак не проблематизируется. Но это претензия к 1926 году, а не к режиссёру.
Погоня на семьдесят пять минут
По сути весь фильм — это одна длинная погоня туда и такая же обратно. Придумано остроумно, но структура настолько простая, что к середине я поймал себя на том, что предугадываю каждый следующий трюк.
Отдельно раздражала героиня: половину времени она существует как источник неприятностей, чтобы Джонни было что исправлять. Понимаю, что это условности эпохи, но смотреть от этого веселее не становится.
В общем, признаю мастерство и не разделяю восторгов. Крепкая, изобретательная вещь, но «величайшей комедией всех времён» я её не назову.
Лицо, которое не смеётся
Вокруг него рушится половина штата, а он всё с тем же непроницаемым выражением подкидывает дрова в топку. В этом и весь фокус: чем серьёзнее лицо, тем смешнее происходящее. Современные комики обычно подмигивают залу, а тут человек ни разу не показывает, что ему самому смешно. Гениально.
Ваша оценка
Нажмите на звезду — оценка сохранится сразу.